Покровители семьи и любви — святая дева Февронии и князь Петр Муромский

В преддверии Дня семьи, любви и верности, профессор Ставропольского филиала Президентской академии Александр Агамов рассказывает о загадочной истории покровителей семьи и любви — святой девы Февронии и князя Петра Муромского.

«О княжении великом и славе мирской помышляя, не ведал князь горделивый о чувствах сердечных, о любви и счастии, пока не наставила его душу к свету святая агница Христова Феврония, исцеляя тело князя от проказы».

Сама история любви и скитаний князя Петра и крестьянки Февронии больше напоминает былинные предания или сказания о судьбе героев земли Русской. Ибо житие в святости издревле на Руси почитаемо как духовный подвиг и героические деяния святых подвижников – без разницы, стали они каноническими святыми или обрели истинную святость духа в народных преданиях. Ибо сиречь буде сказано, да поелику возможно, но о носителях духа героического, молва народная завсегда памятует слово святости, по Руси веками разносимое.

И вот постигла младшего из князей Муромских Петра напасть смертная – болезнь поганая, «лепра проклятая», проказой в народе именуемая. И без меры князь закручинился, горько жалеючи о силах нерастраченных, да годах своих молодецких, непрожитых. Но ведомо стало холопам княжеским о деревушке Ласково, близ Рязанской земли расположенной, где святая агница Христова по имени Феврония чудным даром исцеления обладает, славясь сим божьим даром среди всех Муромских чудотворцев.

И побрел князь пешим ходом до маленькой деревни Ласково, знахарку отыскивать, коя юной девицей оказалась, дочерью бортника – сборщика дикого лесного меда. А сама она ткала холстину, да крестиком на ней вышивала картины дивные. Истово взмолился князь о спасении и Феврония даровать исцеление обещала, отказавшись от злата княжеского, ибо рекла девица, что не приемлет она «цены песьей», ибо здоровье и счастье за деньги не купишь.

Возжелала девица Феврония, в награду за исцеление, стать женой верною для князя Петра. И князь глазом не моргнув, вмиг согласие свое дал, ничтоже сумняшийся, по маловерию своему и гордыне, в тщетности девичьего целительства. Но свершилось чудо паче чаяния княжеского и болезнь пропала, аки и не было той напасти даже в помине.

И поспешил князь, радостью обуреваемый, обратно в Муром, слово клятвенное, Февронии даденное, враз позабывши, ибо негоже князю, вельми знатному, зазря на всяких простолюдинках жениться. И хоть слово не воробей, да сгоряча с княжеских уст слетев, в степь далекую унеслось, да там и сгинуло…

Но не успел князь достичь ворот Мурома, как болезнь поганая пуще прежнего на него обрушилась. Обманул княже знатный девицу доверчивую, да сам горько обманулся, супротив чести княжеской поступив, да велению сердца не доверившийся. И с мольбой о прощении вернулся он в Ласково, да ласковым речитативом уговаривал Февронию, повинную голову свою склоняя скорбно перед юною девицей.

И излечила вторично Феврония князя, ни единым словом при том ни укорив его за обман, и тогда Петр воистину обрел исцеление, ибо душа его уверовала не только в целебные силы простой крестьянки и ткачихи, но и сердце князя обрело столь глубокие чувства, коих ранее оно не знавало или отбрасывало за ненадобностью. Ибо князю знатному и горделивому недосуг было обращать внимание на чувства сердечные, как и думать о тяготах жизни крестьянской в далеких от его княжеских хором деревушках», – поведал профессор Ставропольского филиала Президентской академии Александр Агамов.

 

 

 

 

 

 

Прочтите также:

Добавить комментарий